Ностальгия по настоящему
Сергей Орешкин о честной конкуренции и бытовой коррупции

Быть успешным архитектором в России  - мужественный поступок. Помимо профессионального и организаторского таланта, целеустремленности и неистощимой энергии, для этого понадобится твердый характер. Крепость архитекторского духа обычно проверяется в столкновение с российским право применением и в конкурентной борьбе за заказы. Далеко не каждый нынешний зодчий решится открыто вступить в судебное противоборство с заказчиком или «проектным пиратом». Архитектор Сергей Орешкин - из таких.

Сергей Орешкин еще в ЛИСИ отличался интересом к будущему делу, осведомленностью, требовательностью к преподавателям, независимостью суждений. В институте, помимо мастерской Владимира Антощенкова, попал в экспериментальную мастерскую Олега Романова, куда привел его сам Лазарь Хидекель – ученик и сподвижник Казимира Малевича. Затем Ленгражданпроект, Ленгипроторф, где Орешкин со своей энергией и нетерпимостью к советской «неспешности» проектирования умудрялся делать половину заказов отдела. Одновременно - сотрудничество с центрами НТТМ в тандеме с Игорем Павловичем Шмелевым и его помощником Игорем Северовым - нынешним ректором Академии художеств СПб. В 1991, с организации архитектурного бюро «А.Лен» (Архитектура Ленинграда) началась непростая предпринимательская жизнь. «А.Лен» проектировало почти все – от первого коттеджного поселка «Русская деревня» до большого корпуса завода «Магнитон», таможенного терминала, автостанций, жилых домов, торговых и офисных зданий… Сегодня архитектурное бюро «А.Лен» — дипломант множества международных и российских конкурсов. Она занимает ведущие позиции на рынке коттеджей, АЗС и СТО. Среди наиболее известных работ бюро: Морской Пассажирский терминал, аквапарк «Вотервиль» гостиницы «Прибалтийская», жилые дома «Эгоист» и «Астон Графтио», торговый центр на углу ул.Марата и ул.Стремянной, жилые комплексы на Крестовском острове «Фаворит» и «Олимпийская деревня», МТК «Рамстор», «Gregorys Cars», центральный офис компании «Neste», Академия волейбола им. В.А. Платонова, ТК «Октябрь» и «Строймастер», автосалоны «Porsche», «Daimler Chrysler», «Infiniti», «Nissan», реконструкции Невской линии Гостиного двора и филиалов «Альфа-банка», отель «Sokos» на Батайском переулке.

- Сергей Иванович, Вы – приверженец неомодернизма. Какие архитектурные приемы Вам интересны сегодня?
- Я давнишний поклонник домов академика Натальи Захарьиной. Сегодня они меня чрезвычайно увлекают. В ее домах есть философский подтекст: все семьи разные, у них разный уклад и дух, они смотрят на окружение дома под разным углом. Дома-«Кристаллы», «Лазурит» и «Малахит», которые мы сейчас делаем на Крестовском острове по структуре, близкой дому-муравейнику Натальи Захарьиной в Сестрорецке - вроде бы наивные здания, но квартиры, которые вывернуты под углом к фасаду, будут иметь заданный вид из окна. Мы отвернем взгляд жильцов от всего дисгармоничного и привлечем внимание к достоинствам окружающей среды. Я очень живо реагирую на контекст.

- Вы родом из Выборга. Это отразилось на Вашем творчестве?
- Выборг в своей шведско-финской части всегда поражал меня комфортом простоты чередования жилых кварталов и скверов. Прекрасные градостроительные «шашечки». Для меня важны пропорции здания, четкая образная передача его функции и  контекста. Все это есть в финской архитектуре с ее простым подходом к объему здания, отсутствием вычурности, зато с очень выверенными  пропорциями и  прочными материалами. В климате, севернее, чем у нас, всегда только бесстоечное остекление лоджий, изнутри светящаяся лестница в дорогом стекле, на фасаде - идеальная штукатурка. Средний уровень строительства в Финляндии существенно выше среднего российского. Другое дело, что они рисуют не неоклассику, а очень функциональную архитектуру, но при этом эстетика зданий зачастую оказывается выше, а смета - экономичнее. И там у Вас никогда не возникнет ощущения хаоса городской среды.

-  Ваше бюро входит в первую десятку архитектурных мастерских Петербурга. Что, на Ваш взгляд, является решающим в предпочтении заказчиком того или иного архитектора?
- Для заказчика огромное значение имеет рейтинг мастерской и то, проектировал ли архитектор дом на Невском проспекте? Когда идет конкуренция за какой-то объект в центральной части города–   это одна и та же обойма архитекторов. Заказчики не хотят рисковать, поэтому работают с теми, кто в этом уже поварился, прошли через согласования проектов. Но сговора здесь нет, есть конкуренция. Когда на объект в центре приглашают Явейна, Даянова, Земцова, Герасимова, Романова, Орешкина, Мамошина и т.д., это стандартная ситуация. Этим недовольны многие небольшие архитектурные фирмы. Но мы ничего специально не делаем, рынок делает. Заказчик сталкивает и нас: «А чем Вы лучше Герасимова?». В этой ситуации надо быть очень деликатным, обращать внимание заказчика на свои преимущества. У всех разный масштаб, стиль, свои сильные и слабые стороны. Я бы не хотел идеализировать отношения внутри архитектурного цеха, я за корректное отношение коллег друг к другу.

- В городе довольно много ярких, талантливых архитекторов, но их проекты часто не отвечают ожиданиям горожан. Кроме хоть и объективного, но набившего оскомину объяснения, что этому мешает отсутствие цивилизованного рынка заказчиков и строителей, есть ли этому еще какие-то причины?
- Многих сильно сдерживает боязнь потерять заказы, потому что при малейших проблемах с согласованиями, клиент уйдет к другому архитектору.
И еще, людям, когда они становятся известными, надо ежегодно подкреплять свой рейтинг. Большинство  добивались признания своими проектами в молодости, а потом начинался поиск гениальной идеи с неудачным финалом. Через это проходят многие мастера. Чем больше они заняты офисной рутиной, тем больше теряют свежее восприятие, азарт молодого архитектора. Это большая проблема. Пока ты молод, ты не отягощен ответственностью за имя, за сотрудников, а когда у тебя сто человек в фирме и тебе нужно обязательно выигрывать, ты начинаешь терять остроту. Потому что любая импровизация, поиск неожиданной формы – это риск потери заказа, за который ты несешь ответственность перед своим бюро.

- Сегодня, чтобы позиционировать себя на рынке, проектным бюро приходится открывать новые для себя виды деятельности. Ваша компания одна из немногих занимается управлением строительства? Удачно?
-  Это происходит не так удачно, как хотелось бы, поскольку многое зависит от клиента. Клиент на счет в банке переводит нам деньги, и мы финансируем и контролируем строительство. Это очень тяжелая работа, приходится постоянно проводить тендеры по отбору подрядчиков, следить, чтобы они ничего не украли.  Условно говоря, чтобы они, откопав яму в два куба, не нарисовали себе 5 кубов. Конфликтуем с ними непрерывно, потому что философия у нашего строителя – всегда где-то, что-то подрисовать. Сейчас модно о чиновничьей коррупции кричать, а это коррупция бытовая.
А «ноги» этого явления растут, например, из процедуры организации тендеров. Понятно, что их можно по другому проводить, но против «прозрачности» бизнеса встает гигантское чиновничье сопротивление, потому что коррупция превратилась в национальную традицию… Чиновники дают пример всему населению страны того, как надо себя вести и жить. А люди, которые в этот процесс не включились, чувствуют себя обделенными или не умеющими жить. На чиновников, смотрит строитель, примерно так же действующий. У строителя ворует гастарбайтер… Вот такая порочная коммерческая философия, которую изменит, пожалуй, только окончание природных запасов нефти и газа в нашей стране.

- Однако у «А.Лен» это иногда получается. Как, впрочем, и выигрывать суды, защищая свои права…
- В кризис сложилась очень тяжелая тенденция на рынке заказчиков. Корни этих проблем растут из той же философии «жить за чужой счет». Это происходит по отработанной схеме: под проект российские заказчики организовывают новую компанию «Рога и копыта», не имеющую ни имущество, ни средства на счете. Нужно заплатить архитектору «рубль» – заказчик из оффшора перечисляет «рубль» на счет «рогов и копыт». И вновь на счету ноль. Что-то нужно купить, опять из оффшора деньги перечисляются. Городские инвесторы это делают поголовно, чтобы при возникновении каких-то проблем, у них ничего не отобрали. Проектное бюро может за работу заплатить налоги в бюджет, а денег так и не получить, потому что заказчик потерял интерес к стройке, и пытается дальше никому не платить.
У нас есть группа клиентов и компаний, которых мы не можем отловить, потому что они живы, но у них никогда нет денег на счету. Но этих людей я вижу в ресторанах, они катаются на дорогих машинах, живут, не бедствуя. При этом мы знаем, что они не заплатили огромному количеству компаний. Нас такая ситуация не устраивает. Мы начали сотрудничать с очень сильной юридической компанией еще в кризис, понимая, что это огромный, причем, обоюдный вал: нам не заплатил заказчик – мы не можем заплатить субподрядчикам. Нам говорят «завтра-завтра», мы вынуждены говорить это тоже. Но в отличие от заказчиков мы ведем честный бизнес. Поэтому выиграли порядка 90% судов.  И вы знаете, в бюро сейчас стал приходить клиент, на порядок уважительнее, корректнее, цивилизованнее относящийся к нам, чем, те, что были на подъеме до кризиса. Это новые заказчики, среднего звена, и, очень похоже заработавшие деньги своим трудом.

– Вы можете дать рецепт, как минимально обезопасить фирму от жуликов-заказчиков?
- Простейшее правило безопасности: человек, который финансирует проект, должен проявить реальный интерес к твоей работе, проектной, строительной и т.д. Первый признак плохой ситуации – гендиректор ведет себя, как подставное лицо. Ты его спрашиваешь: «Что Вы думаете по этому поводу?» А он куда-то убегает советоваться. Если первое лицо боится себя показать, как это ни больно, договор надо расторгать. Жди беды, если через человека, который ничего не решает, финансистом выступает известный чиновник. И, если к вам приходит маленькая компания, нужно знакомиться с ней мелкими шажками: сделать эскиз, рассчитаться, еще что-то сделать, вновь рассчитаться.

- «А.Лен» имеет опыт судебной защиты своих авторских прав. Этот опыт успешен?
- Мы выиграли суды во всех инстанциях по защите авторских прав у двух московских компаний, одна из которых– организация при государственном проектном институте. Эта фирма скопировала полностью наш сайт, утверждая, что она имеет авторские права, 3 года крала с нашего сайта проекты, продавала их под видом своих. Но, самое удивительное, имея арестованные по судам счета, она продолжает торговать нашими проектами коттеджей! Ей присудили выплатить компенсацию, пристав с их счета снял последние 40 тыс. руб. при минимальной плате по суду 2 млн. руб. После этого ситуация зашла в тупик, но такое игнорирование закона может кончиться для фирмы плохо, собственнику сайта может грозить до 7 лет заключения. У нас нет желания посадить человека в тюрьму, но допускать ситуацию до того, что безнаказанность становится нормой, значит с ней соглашаться.

Наталия Ловецкая,
журнал «Cтроительство и городское хозяйство»